«Сил возмущаться нет»: Губерниев о решении по Устюгову

«Сил возмущаться нет»: Губерниев о решении по Устюгову

Спортивный комментатор Дмитрий Губерниев прокомментировал лишение российского биатлониста Евгения Устюгова олимпийского золота Игр 2010 и 2014 годов.
Губерниев заявил «Спорт-Экспрессу», что решение CAS о признании Устюгова виновным в нарушении антидопинговых правил назревало давно, и Устюгов мог пытаться доказать свою невиновность.
«Я на протяжении последних лет очень часто обращался к Устюгову и буквально умолял его начать объяснять в публичной плоскости максимально подробно, что и как происходило с его здоровьем, кровью. Евгений, как мы помним, молчал», — подчеркнул комментатор.

По его словам, молчание в таких случаях равносильно смертному приговору.
«У меня даже сил возмущаться нет. Мне настолько это все надоело», — отметил Губерниев.

По его словам, в таких делах необходима «совершенно невероятная огласка с объяснениями», которой проведено не было, в результате чего российские спортсмены снова лишились золота.
«Могу только поздравить Мартена Фуркада с очередной олимпийской медалью», — добавил Губерниев.

Ранее, как сообщал «Рамблер», Спортивный арбитражный суд (CAS) признал биатлониста Евгения Устюгова виновным в нарушении антидопинговых правил и лишил его сразу трех олимпийских медалей: золотой — за победу в масс-старте, бронзовой — за эстафету на Олимпиаде в Ванкувере в 2010 году, а также золота за эстафету в Сочи в 2014 году. Решение может быть обжаловано в течение 21 дня.

Попова объяснила необходимость введения обязательного масочного режима в России

Попова объяснила необходимость масочного режима

Введение обязательного масочного режима в России в местах скопления людей обусловлено риском негативного развития эпидситуации, заявила во вторник глава Роспотребнадзора Анна Попова в интервью телеканалу «Россия-24».
«С 28 октября действует постановление главного санитарного врача об обязательном ношении масок в транспорте, в общественных местах и местах массового скопления людей, — сказала она. — Мы это сделали, потому что риски развития ситуации есть, ухудшение ситуации есть».